Почему москва — третий рим? кто продлил жизнь римской империи?

Планы завоевания Константинополя, борьба староверов с Никоном, церковные интриги, мечты славянофилов, национальная идея и другие последствия трех слов из письма монаха XVI века в изложении американского историка

Почему Москва — третий Рим? Кто продлил жизнь Римской империи? Успенский собор Московского Кремля (фрагмент фотографии) © Wikimedia Commons

Выражение «Москва — Третий Рим» известно всем еще из школьного кур­са истории: якобы под этим девизом Иван III собирал русские земли, а его преемники расширяли и укрепляли православную власть. В дей­ствительности значимость и широкую известность доктрина приобрела лишь в середине XIX века.

Американский историк Маршалл По в 2001 году написал статью «Изобре­тение концепции „Москва — Третий Рим“» («Moscow, the Third Rome: The Origins and Transformations of a „Pivotal Moment“»), в которой проследил развитие идеи от первого упоминания в письмах псковского монаха Филофея в XVI веке до ее сегодняшнего восприятия как поворотного момента в истории России. Arzamas приводит основные положения этого исследования, демонстрирующего, как строчка из письма псковского монаха стала национальным мифом.

«Осевой момент» и ошибки историков

Любой человек, обращающийся к истории Нового времени, неизбежно стал­кивается c историографическим феноменом «осевого момента».

Такой момент случается в «решительный час», «на перекрестке истории», когда «нация» или «эпоха» лицом к лицу сталкивается с каким-то набором исторических путей и выбирает лишь один.

Поворотные события не просто возникают в потоке исторических материалов, они открываются учеными, которые порою слиш­ком эмоционально изображают историческую драму.

Более того, хотя такие «поворотные моменты» и считают ключом к «корням» современного мира, они часто являются результатом слишком усердного поиска удаленных исторических истоков. Российская история дает превосход­ный пример того, к чему приводит неумеренное обращение к логике «осевых моментов».

Несомненно, формирование доктрины «Москва — Третий Рим» — это один из самых известных и неверно истолковываемых эпизодов российской истории.

Уже более столетия рождение доктрины Третьего Рима описывали и описывают в монографиях, обзорах и популярной литературе как фундамен­тальный перелом в исторической эволюции России.

Монах Филофей открывает Третий Рим

Нет никаких свидетельств тому, что Москва или Русь именовались Третьим Римом в каком-либо славянском тексте до первой половины XVI века. Псков­ский монах Филофей был первым, кто обнаружил Третий Рим в Московии.

В первые десятилетия XVI века он написал одно или более писем, содержащих упоминание о «третьем Риме». Филофей ввел свою идею в обращение, написав в 1523–1524 годах письмо великокняжескому дьяку.

В большинстве сохранив­шихся копий этот ключевой фрагмент звучит так:

«Так знай, христолюбец и боголюбец, что все христианские царства пришли к концу и сошлись в едином царстве нашего государя, согласно пророческим книгам, это и есть римское царство: ибо два Рима пали, а третий стоит, а четвертому не бывать».

Об истинном смысле послания Филофея

Слова из письма монаха часто толкуются как триумфальная ода государю новорожденной вселенской империи. Но если интерпретировать доктрину в общем контексте письма, возникает совершенно иная картина намерений Филофея. Даже поверхностное знакомство с письмом показывает, что, хотя Филофей и упоминает «третий Рим», он не предлагает расширенного толкова­ния этой доктрины.

Его послание — детальное описание зол астрологии и като­лицизма  «Послание на звездочетцев» Филофея было ответом на популярное в Европе астрологическое предсказание мирового потопа в 1524 году. Пропагандой астрологии и католических догматов занимался немецкий врач Николай Булев, живший при дворе Василия III. Скорее всего, именно с ним в заочный спор и вступил Филофей..

Поэтому мы вправе рассматривать письмо как преимуще­ственно увещевательное: власти, полагал Филофей, должны уничтожить ереси и защи­тить Церковь. Захват греческой империи мусульманами означал лишь перемещение Рима в Россию, но упадок Русской церкви должен был означать конец света, поскольку «четвертому Риму не бывать». Филофей успешно трансформировал лесть в предупреждение.

Доктрина Филофея в XVI веке

Идея Филофея приобрела заметную популярность в церковных кругах, но она определенно не стала краеугольным камнем московской идеологии. Концеп­ция Третьего Рима проникает в московские сказания, например в «Повесть о новгородском белом клобуке» (ок.

1600)  В «Белом клобуке» Константинопольский патриарх посылает Новгородскому архиепископу одеяния, символизирующие покровительство церкви, поскольку узнает во сне, что «земля Руси» есть «Третий Рим».. В этих сказаниях исчезает апока­ли­птический контекст — нигде не встречается важная для Филофея идея, что «четвертому [Риму] не бывать».

Сказания полны предчувствий яркого буду­щего Третьего Рима, а не ощущений надвигающейся катастрофы. Московские власти, в свою очередь, игнорировали имперские коннотации теории Третьего Рима.

Третий Рим на службе староверов

Почему Москва — третий Рим? Кто продлил жизнь Римской империи? Титульный лист «Повести о новгородском белом клобуке». 1861 год © Wikimedia Commons

Если в XVI веке Русская церковь и счи­тала идею Третьего Рима полезной, то она переменила свою точку зрения к 1667 году, когда Церковный совет запретил «Белый клобук». Причиной запрета стало то, что секты схизмати­ков использовали идеи из «Белого клобука» для сопротивления реформам Никона, приведшим к церковному рас­колу. Эти группы (впоследствии эволюционировавшие в староверов) рассуждали следующим образом: письма Филофея и «Белый клобук» называли Россию Третьим Римом, поскольку ее церковь была чище греческой, которая «предалась агарянам»  То есть туркам. От греч. «Агарь» — побочная жена Авраама, мать Измаила, от которого, по легенде, произошли арабы.. Принятие идеи Третьего Рима староверами — это важный момент в ее истории. Они были первыми, кто уже в XVII веке расценил идею Третьего Рима как «осевой момент» в русской истории. Староверы ясно продемонстрировали свою веру в идею Филофея: когда у власти в право­славной церкви стал «антихрист» Никон, они ушли сами и унесли идею Треть­его Рима в удаленные и дикие места; эту идею они продолжали исповедовать еще в XVIII — начале XIX века.

Третий Рим, о котором все забыли

В отличие от староверов, для политической элиты конец междоусобицы, присоединение Новгорода или коронование Ивана IV на царство были гораздо более важными событиями, чем формирование идеи Третьего Рима.

Хотя в экспан­сионистской политике Петра и Екатерины многие историки были склонны видеть влияние доктрины Филофея, представляется, что она была совершенно забыта имперской элитой. Сравнение Российской империи с Римской не редкость в ту эпоху, но ссылок на доктрину Третьего Рима мы не встретим.

Так, в 1697 году греки братья Лихуди поднесли Петру Великому оду, в которой описывали царя как наследника трона в Константино­поле, но ни в этой оде, ни в других подобных произведениях формула «Третий Рим» не появляется.

Эта формула остается малоизвестной за пределами староверских обществ и в 1‑й половине XIX века. Даже в текстах славянофилов, ряд которых верили, что Москва превзошла и Рим, и Константинополь, нет указания на идею Филофея.

В 1819 году в популярной серии исторических документов была опубликована «Грамота об учреждении в России патриаршеского престола»  В 1589 году на прошение об учреждении Московского патриархата архиепископ Константипольский и Вселенский патриарх Иеремия II ответил согласием.

Одобрив идею, он снадбил ее таким комментарием: «Воистину от Бога таковая благочестивый царь, великое Российское царство, Третий Рим, благочестием всех превзыде». Представляется очень вероятным, что московские иерархи вложили в его уста импонировавшую им доктрину. Патриарх, вероятно, не был знаком с посланиями Филофея, хотя бы потому, что не мог читать или говорить по-русски.

, сделавшая доктрину доступной читающей публике. Например, Николай Карамзин отмечал, что упоминание Третьего Рима имело целью поддержать создание патриархата, и далее в своих толкованиях не шел: в этом контексте доктрина не выглядела чем-то существенным.

Интерпретация доктрины в церковных кругах

Без всякого сомнения, многие священнослужители были осведомлены о суще­стве идеи Третьего Рима.

Но церковные исторические работы и мис­сионер­ские пособия, которые содержали указания на эту идею, не раскрывали ее под­робно: упоминание Третьего Рима обнаружило бы связь между взглядами раскольников и доминирующим во многих православных церковных текстах XVI века антигреческим настроением и тем самым легитимизировало бы раскольническую теологию.

Характерно, что в историческом словаре церков­ных писателей, составленном в 1827 году, о Филофее говорится как об авторе «Послания на звездочетцев» и отмечаются прежде всего его заслуги в деле развенчания «предрассудка» гадания по звездам. Критика Филофеем греческой церкви, равно как и его теория о трех Римах, не упоминаются вовсе.

Возникновение интереса к Третьему Риму

Интерес к Третьему Риму стал заметным фактом интеллектуальной жизни после восхождения на престол в 1855 году Александра II. В этот период было опубликовано несколько источников, содержащих упоминание об идее Третьего Рима.

В 1861 году вышло новое издание «Послания на звездочетцев», в комментарии утверждалось: Филофей выступал со своей идеей против «бытовавшей тогда веры об осквернении христианской церкви в странах, захваченных неверными», но никак не против греческой церкви.

Тем самым смягчалось еретическое звучание доктрины.

Первая философская интерпретация

Несколько лет спустя после публикации работ Филофея историк Владимир Иконников предложил радикально новую интерпретацию доктрины. Его толкование в дальнейшем окажет определяющее влияние на восприятие истории Московского княжества.

Иконников предложил рассмотреть кон­цепцию Третьего Рима в контексте развития имперской идеологии России, а не в рамках церковной дискуссии о проблемах греческой православной церкви под иноверным контролем.

Появление доктрины Филофея в начале XVI века было истолковано Иконниковым как свидетельство рождения новой московской идеологии: Византия пала, Москва заняла ее место, а Филофей выразил новое понимание русским двором места Московии в системе мировых отношений в качестве третьей исторической империи.

По его мнению, отрицание возможности существования четвертой исторической империи было знаком нарождающегося московского мессианства, а не просто пророче­ством. Прочтение Иконниковым идеи Третьего Рима как идеи мировой империи — спасительницы человечества получит вскоре широкое распространение.

Растущая популярность Третьего Рима

Наилучшим индикатором популярности концепции в последней четверти XIX века может служить появление упоминаний о ней в многотиражных исторических обзорах и энциклопедиях.

Читатели могли узнать из научно-популярных работ, что построение огромного Российского государства было вдохновлено верой московитов в наследование римской имперской и эсхато­логической миссии.

К 1900 году концепция Третьего Рима была неразрывно связана в умах образованной русской публики с Московским периодом русской истории. Тем не менее немногие усматривали возможность влияния этого исторического наследия на современные судьбы России.

Исключением из пра­ви­ла были сторонники панславизма в 1870–1880-е годы. Для обоснования своих призывов к защите «славянских братьев» и даже к завоеванию Константинополя панслависты использовали идею Третьего Рима.

Расцвет Третьего Рима: третий путь, русская идея

Доктрина Филофея становится все более влиятельной в царствование Алек­сандра III. Во время коронационного банкета новый император восхвалялся как защитник славян, продолжатель дел Константина и правитель Третьего Рима. Идея оказала определяющее влияние на формирование взглядов наследников идей панславизма и славянофильства — идеалисти­ческих философов конца XIX — начала XX века.

Владимир Соловьев широко использовал данную доктри­­ну в своих трудах, объясняя с ее помощью концепцию христианского универсализма. Центральным его аргументом была идея об особом предназна­чении России в деле сближения Востока и Запада и создания мирового органи­ческого единства.

Доктрина Третьего Рима как нельзя более подходила к этой системе историко-философских взглядов: она утверждала исторические корни особой русской миссии и являлась метафорой «русской идеи». Согласно Соловьеву, Россия была не только третьей в числе наследников античного Рима, но также олицетворяла собой «третий принцип», в силу бескорыстия которого возможно объединение Востока и Запада.

В 1914 году вышла книга Ивана Кириллова, в которой впервые описывалась история развития концеп­ции Третьего Рима.

По мнению Кириллова, эта доктрина стала свидетельством пробуждения самосознания русской нации: до Филофея Россия не имела цели, он предоставил Московскому государству и русскому народу видение собствен­ного предназначения; раскольники, представляя собой интуитивно-народное понимание «русской идеи», боролись с чужеземными искажениями доктрины; в петровское время интеллигенция была отделена от народа, и доктрина Треть­его Рима была предана забвению в образованной среде до сороковых годов XIX века, а затем была возрождена славянофилами, которые были первыми представителями образованного русского общества, понявшими «русскую идею». Кирилловская публикация завершила трансформацию доктрины Третьего Рима от смутного пророчества, высказанного псковским монахом, к «осевому моменту» в русской истории.

Третий Рим в Советском Союзе

Почему Москва — третий Рим? Кто продлил жизнь Римской империи? Кремль. Фотография Михаила Прехнера. 1930-е годы © Мультимедиа-арт-музей

Возрождение русского национализма в сталинские годы оказало известное влияние на понимание доктрины Третьего Рима в Советском Союзе. В серии документов 1930-х годов партийное руководство осудило Михаила Покров­ского  Покровский Михаил Николаевич — историк-марксист, один из главных советских историков 20-х годов, член партии большевиков с 1905 года, инициатор так называемого «академического дела» — уголовного дела против членов академии наук, результатом которого стала чистка в рядах старой профессуры. «Школа Покровского» — последователи профессора, рассматривающие историю согласно марксистскому учению. «Школа Покровского» была разгромлена, в свою очередь, в конце 30-х годов. за чрезмерное пренебрежение имперским прошлым. Советские историки были вынуждены признать прогрессивной роль Московского царства в собирании русских земель и инородцев под эгидой того, чему суждено будет стать первым в мире социалистическим государством. В фильме Сергея Эйзен­штейна «Иван Грозный» царь завершал свою пронзительную речь об объедине­нии земель русских высокопарной цитатой из Филофея: «Два Рима пали, третий стоит, а четвертому не бывать». О значении доктрины для истории страны писал и историк Николай Чаев в статье «„Москва — Третий Рим“ в по­ли­тической практике московского правительства XVI века». Однако советское научное руководство быстро постановило, что данное понимание этой доктри­ны было ошибочным: доказывалось, что доктрина имела хождение только в среде духовенства и не влияла на внешнюю и внутреннюю политику государства.

Современность

Хотя многие специалисты считают, что доктрина никогда не обладала суще­ственным влиянием в древнерусский период, и сейчас все еще можно встре­тить утверждения о статусе доктрины Филофея как официальной идеологии Московского царства. Особенно часто подобные утверждения встречаются в учебниках истории.

Многие русские ищут в идеях Филофея основание для развития постсоветской «русской идеи». Просоветские и русские национали­сти­ческие группы восприняли концепцию Третьего Рима как знак русского возрождения. На Западе доктрина приводится как исторический контекст «русского мессианизма» и «экспансионизма» в газетных публикациях, книж­ных обзорах и передовицах.

Даже западные политические лидеры находят порой корни современной российской политики в идеях Филофея.

Почему Москва — третий Рим? Кто продлил жизнь Римской империи? Маршалл По © Wikimedia Commons

Попытки отыскать корни современ­ных событий в «осевом моменте» отда­лен­ного прошлого опасны, неизменно ведут к «открытию» аналогий и приво­дят к анахронизмам и другим ошибкам.

Со второй половины XIX века многие ученые, философы и публицисты открывали для себя в письменном наследии Филофея «корни» того, что они считали основными характери­стиками «русской идеи».

Владимир Ламанский обнаружил там истоки панславизма, Владимир Соловьев нашел корни христианского универ­сализма, Николай Бердяев открыл происхождение большевизма, а идеологи холодной войны — основа­ния советского «экспансионизма».

Но анализ ранней истории доктрины поз­воляет заключить, что Филофей не мог помыслить ни одной из этих поздних инкарнаций созданного им образа «третьего Рима»: «третьерома­низм» — это результат проецирования современной идеи, а именно идеи «русской миссии», на внешне схожую концепцию раннего Нового времени. 

Источник: https://arzamas.academy/materials/324

Почему Москву называют Третьим Римом

Каждому, кто учился в российских школах, известно, что Москва — это Третий Рим, и четвёртому не бывать. Однако мало кто знает, что значит это утверждение и как его придумали.

Читайте также:  Почему перед месячными хочется есть? ответы на животрепещущие вопросы

Возникновение концепции третьего Рима

Корни идеи о том, что Москва — это Третий Рим лежат отнюдь не в России. И изначально речь шла вовсе не о Москве. Концепция Третьего Рима возникла в XIVв. на Балканах, где постепенно разваливалась Византийская империя.

Сербские и болгарские правители, освободившись от власти слабеющей Византии, использовали эту идею, основанную на концепции переноса империи, для легитимизации собственных претензий относительно византийского наследия и консолидации сил против вторжения турок.

Поэтому изначально под Третьим Римом или новым Константинополем у болгар, например, подразумевался город Тырново, бывший в то время столицей Болгарии.

Однако консолидации сил так и не произошло. Осколки империи продолжали бороться между собой, пока Османская империя поглощала их один за другим.

После падения Константинополя и окончательного завоевания Балканского полуострова османами, из осколков Византийской империи началось массовое бегство знати и интеллигенции.

Многие из них отправились в Италию, где спровоцировали Возрождение, привезя туда огромное количество литературы, недоступной ранее в Западной Европе.

Однако Западная Европа была католической, поэтому те, кто не желал жить в католическом государстве и принимать католичество, бежали в последнюю, остававшуюся независимой православную страну — Россию.

Часто эта эмиграция носила дипломатический характер: знать покорённых государств пыталась найти союзников в борьбе с вторжением османов, чтобы освободить свои страны и вернуть власть.

Подстегнуть усиливавшееся Московское княжество к войне с турками хотели и те, кто уже входил в антитурецкую коалицию: Папа Римский, император Священной Римской империи германской нации и венецианский дож.

Их странам Османская империя уже угрожала напрямую, поэтому они вместе с византийскими дипломатами были совсем не прочь подстегнуть амбиции русских князей, предложив им идею о новой Римской империи и переносе Рима в Москву.

Восприятие концепции в России

Однако Москва на тот момент была слишком занята консолидированием русских земель вокруг себя, так что война с турками, которые на тот момент были очень далеки от сферы её влияния, не входила в её планы и интересы. Поэтому в России на концепцию Москвы как Третьего Рима практически не обратили внимания. Информация о ней, вероятно, сохранялась только в церковных кругах.

Почему Москва — третий Рим? Кто продлил жизнь Римской империи?

«Святая Русь». Картина Михаила НестероваИсточник: Wikimedia.org

Первыми русскоязычными текстами, в которых появляется эта концепция, являются два послания старца Филофея, написанные в XVI веке: «О неблагоприятных днях и часах» и «Послание Великому князю Василию, в котором об исправлении крёстного знамения и о содомском блуде».

В первом документе слова о том, что Москва — это Третий Рим, а четвёртому не бывать, встречаются лишь в самом конце, а само послание посвящено совершенно иной теме.

Дело в том, что дьяк Михаил Григорьевич Мунехин, которому адресовано послание, был образованным и знакомым с западной наукой и жизнью человеком. Он увлёкся вошедшей в моду на Западе астрологией и попросил Филофея истолковать одно из сочинений на эту тему.

Филофей же доказывал ему, что астрология — это ересь, и жизнь человеческая зависит не от движения звёзд, а от воли божьей.

Поэтому Мунехину, который был дьяком при псковском наместнике и управлял многими делами Пскова, не следовало опираться в своих решениях на предсказания астрологов. Филофей говорит о том, что Русское царство — это Третий Рим, христианское царство, и жизнь его и величие в руках Бога.

Ту же мысль высказывает он и в послании князю Василию, в котором концепция Москвы как Третьего Рима занимает уже более важное место и играет иную роль. В нём Филофей предостерегает государя от того, чтобы царство его впало в грех и ересь.

По его словам, Русь — это последнее прибежище христиан,под Римом подразумевается исключительно правоверное христианское государство. В связи с этим сохранение чистоты обряда и борьба с грехом имеют крайне большое значение.

Первые два Рима пали именно из-за того, что впали в ересь и стали греховны, так что и люди их потеряли свой шанс на спасение. Единственное место, где ещё сильна истинная вера, — это Русское царство. Там живут последние праведники, тогда как остальной мир, по мнению Филофея, погрузился во грех. Но и эти праведники в опасности.

Филофей говорит о том, что на Руси люди неправильно крестятся, обеднела церковь и распространился содомский грех, так что последнему истинно христианскому царству тоже угрожает неминуемая гибель, если князь Василий этого не исправит.

Идея о том, что Москва — это Третий Рим упоминается в посланиях Филофея лишь вскользь и не имеет особой важности. Кроме того, она носит исключительно религиозный, а не политический характер.

Филофей ожидает конца света, и православное государство в его сознании является чем-то вроде ковчега для праведников, последнего оплота истинной веры.

Поэтому и четвёртому Риму уже не бывать — если последний оплот веры падёт, то новому уже неоткуда появиться.

Однако послания Филофея также остались незамеченными в светской среде, и о них знали только в среде церковной.

После реформ патриарха Никона, который перенял обновлённые греческие обычаи, тексты Филофея были признаны еретическими, поскольку одним из пунктов его критики Запада и двух «старых Римов» было именно искажение обряда.

Новый греческий обряд для него, как и для старообрядцев, был ересью, ставшей одной из причин падения Константинополя.

Возрождение

На некоторое время концепция «Москва — Третий Рим» вновь оказалась забыта, и вновь о ней вспомнили только во второй половине XIX века.

К тому моменту церковь существенно ослабла, и на передний план общественной жизни вышли вопросы нации, идентичности и отношений с Европой. Россия искала национальную идею.

Кроме того, у Российской империи наконец появились претензии в отношении Балканского полуострова.

Почему Москва — третий Рим? Кто продлил жизнь Римской империи?

«Святая Русь». Картина Михаила НестероваИсточник: Wikimedia.org

Ирония в том, что столицей России был на тот момент Санкт-Петербург, само название которого отражает претензию города на статус нового Рима.

Поэтому, когда были переизданы несколько источников, содержащих упоминания концепции Москвы как Третьего Рима (среди них были и послания Филофея), они вызвали большой интерес русской интеллигенции и аристократии.

В отличие от Филофея, требовавшего сохранения чистоты веры, новые интерпретаторы использовали идею о Третьем Риме для обоснования притязаний России на роль защитницы всех православных.

Эту идею стали приписывать ещё Ивану III, собиравшему русские земли вокруг Московского княжества, обосновывая таким образом высшую миссию русского царя.

Эта концепция сохранилась и в советское время. Её отзвуки слышны даже в идее Третьего интернационала, сохранявшего чистоту социалистических идей после неправильной их интерпретации и поражения Первого и Второго интернационала. Но наибольшую известность фразе «Москва — Третий Рим» придал режиссёр Сергей Эйзенштейн, вложивший её в уста Ивана Грозного в одноимённом фильме.

Источник: https://sciencepop.ru/pochemu-moskva-eto-tretij-rim/

Откуда пошло выражение «Москва – Третий Рим»?

Известная всем со школьной скамьи фраза «Москва — Третий Рим» появилась на Руси в первой половине XVI века. Она была связана с философской концепцией о переносе «центра мира» в столицу Русского государства. Ее автором традиционно считается монах псковского Елеазарова монастыря Филофей.

В посланиях 1523—1524 годов дьяку Михаилу Мисюрю-Мунехину и великому князю Московскому Василию III он говорил о роли «Рима земного», которую должна была занять Москва.

Эта идея, получившая в науке название translatio imperii (с лат. «переход империи»), впервые появилась еще в античных источниках и кочевала из эпохи в эпоху.

«Первый» Рим, прозванный современниками caput mundi (с лат. «столица мира»), был центром цивилизации, носителем верховной власти на земле. После распада Западной Римской империи в результате нашествия варваров новым, «вторым», Римом стал Константинополь.

В столице Византийской империи, которую сами жители именовали не иначе как Восточная Римская империя, эта философия пополнилась христианскими смыслами. Новый центр мироздания стал местом паломничества жаждущих отмолить грехи и получить прощение.

Но и «второму» Риму было не суждено существовать долго: в 1453 году турки-османы захватили город, и он перестал быть средоточием христианской власти. Вновь возник вопрос — кто станет хранителем и опорой христианской веры на земле.

В интеллектуальной среде православных народов стали возникать прообразы центра — хранителя заветов православия: сербы, например, считали будущим «третьим Римом» Белград, болгары — Великое Тырново.

Однако во второй половине XV века большинство этих территорий находилось под властью Османской империи. Единственным независимым православным царством оставалось Русское государство.

На тот момент оно сбросило ярмо монголо-татарского ига и постепенно становилось мощным централизованным государством.

Согласно дошедшей до нас версии послания Филофея, «первые два Рима погибли, третий не погибнет, а четвертому не бывать».

Этот тезис на словах закреплял за Москвой статус последнего лидера христианского мира. Несмотря на кажущуюся абсурдность подобного самопровозглашения, формулу «Москва — Третий Рим» приняли многие.

Укреплявшееся Русское государство должно было политически закрепиться на мировой арене. С религиозным «переходом империи» от Константинополя к Москве возникла потребность и в политической преемственности от Византии.

Возникали легенды о происхождении Рюриковичей от брата римского кесаря Августа; о шапке Мономаха, будто бы подаренной русскому князю византийским императором; о белом клобуке, ведущем свою историю от Константина Великого. Все это подкреплялось браком Ивана III и племянницы последнего византийского императора — Софьи Палеолог, принятием им царского титула и византийского герба.

Само самодержавие строилось на концепции «Москва — Третий Рим»: государь всея Руси не только был политическим лидером, но и гарантировал сохранение православных церковных канонов и чистоты нравов.

Также статус Третьего Рима означал для Москвы и ряд «вселенских» обязанностей, которые были выгодны в том числе и западному христианскому миру.

Русь в качестве защитницы христианской веры становилась ответственной за христиан, находившихся в подданстве Османской империи, а потому должна была активно включиться в борьбу с турками-османами, покорявшими одну за другой территории Европы.

Позднее идеи монаха Филофея канули в лету и оказались вновь востребованными только в середине XIX века. Тогда концепцию «Москва — Третий Рим» стали использовать славянофилы. Они обосновывали ею отличный от Запада и Востока исторический, «третий», путь России.

Источник: https://www.culture.ru/s/vopros/msk-tretiy-rim/

Почему Москва – третий Рим?

Всё большее распространение получало христианство в Древнем Риме. Государство это считали вечным и непобедимым. И когда в 313 году эту религию официально признали в Риме, вместо одного государя появились два — светский и духовный. А империю теперь называли христианской и признавали отражением царства небесного на земле. Но, как известно, ничто не вечно.

Итак, на дворе 410 год. Западная Римская империя едва сдерживает нашествие варваров. Готы, возглавляемые вождем Аларихом, подошли к воротам Вечного города и осадили его.

Римлянам поставлены позорные условия: они должны отдать всё своё имущество, рабов, золото в обмен на… Жизнь. И хотя горожане, ослабленные голодом и болезнями, уже готовы сдаться, вождю вскоре надоело ждать. Город был захвачен, разорён и наполовину разрушен.

Величие и слава римского государства, считавшегося главным оплотом христианства, дали трещину.

В 455 году Рим снова был захвачен. На этот раз вандалами. Вторжение было разрушительным и жестоким и настолько потрясло римлян, что стало одной из самых кровавых страниц в истории древнего города.

Последующие два десятилетия страна находилась в агонии. Она уже не способна была защитить своих жителей и стала беззащитна перед врагами. Наконец, в 476 году произошло Падение Западного Рима. Священная Римская империя — залог незыблемости христианского мира, представительница истинного царствия на земле, пала.

Законный наследник

Во время разделения Великого Рима на Западную и Восточную империи в 395 году раскол произошёл и в церкви. Началось противостояние православного Востока и латинского Запада.

После крушения Западной Римской империи, Византия стала законной исторической, культурной и цивилизационной преемницей Великого Рима. Главными представителями христианской церкви теперь считали константинопольских патриархов.

Отныне Константинополь стал мировым центром христианства.

Однако, спустя десять столетий существования, наступил закат и этой державы. Крах Византийской империи произошёл в 1453 году после захвата Константинополя турками-османами во главе с султаном Мехмедом II.

Новая надежда

«Два Рима пали, а третий стоит, а четвёртому не быть».

Это отрывок из письма старца Филофея псковского Елеазарова монастыря, формально адресованное великокняжескому дьяку Михаилу Мисюрю, однако фактически предназначавшееся для князя Василия III.

Согласно наиболее популярной в исторической науке теории, изложенной в трудах В. С. Иконникова, мысль о том, что Москва — это третий Рим, впервые была высказана именно в посланиях Филофея.

Идея «Москва — III Рим» была очень близка Руси, которую считали наследницей Византии. Она стала главной политической концепцией Российского государства XV—XVI вв.ека. Процесс формирования новой идеологии сопровождается принятием титула царя Иваном Грозным, а позднее — восхождением Русской Церкви на степень Патриаршества.

Новые представления о роли и значении России вскоре стали смысловой основой общественно-политических устремлений правящей элиты российского государства. Народ верил в духовную непобедимость Руси, и потому её называли Святой. На Святую Русь возложили важную миссию: хранить православную веру и защищать её от посягательств врагов.

Надо сказать, что наследниками Константинополя в XIV веке объявляли себя также Болгария и Сербия. Бенито Муссолини называл Третьим Римом фашистскую Италию. Однако сегодня это звание принадлежит прекрасной Москве.

Читайте также:  Почему закрыли мтв? история падения и обезличения канала

Суждено ли появиться четвёртому Риму? Всё в ваших руках, россияне!

Источник: https://ShkolaZhizni.ru/culture/articles/46774/

Почему Москва — третий Рим?

«Москва — Третий Рим» — одно из самых избитых и заезженных выражений, которым привыкли характеризовать столицу в путеводителях и справочниках, речах квасных патриотов, телепередачах и других сомнительных и формальных источниках.

Самое интересное, что их авторы зачастую и сами не знают, почему Москву называют третьим Римом. Так откуда же пошло это выражение?

На самом деле, этот фразеологизм имеет под собой серьёзную культурно-историческую подоплёку. Словосочетание «Третий Рим» — не просто расхожее выражение, это религиозно-политическая идея, использовавшаяся монархиями прошлого для обоснования их особого значения в мировой политике как преемников Римской империи.

В Средневековой Европе была популярна теория о «переходе империи», предполагавшая, что существует метафизическое «мировое царство», которое переходит из страны в страну со сменой эпох.

Грубо говоря, это своеобразная заявка на культурное мировое господство, исходившая из представления, что отдельная страна среди прочих исключительна.

Соответственно, первым «мировым царством» можно считать Римскую империю (Первый Рим), вторым — Византию (Второй Рим — Константинополь), а вот за право считаться третьим как раз и пошли прения.

Римская империя стала первым «мировым царством» не случайно: Рим — «вечный город», незыблемый и непобедимый, под властью которого объединились огромные территории (почти все известные истории того времени народы), а с принятием христианства он приобрёл сакральный смысл как главный мировой оплот христианской веры.

Тем не менее, в 5 веке нашей эры Римская империя пала, и новым сакральным центром стал Константинополь. Византия, как и Римская империя, объединила огромные территории, а Константинополь стал «преемником» Рима как новый оплот христианской веры.

Но и Византийская империя в итоге пала: в 1453 году Константинополь был захвачен турками-османами.

Выражение «Москва — Третий Рим» указывает, что между Россией и Византией (соответственно, Москвой и Константинополем) существует такая же преемственность, как между Византией и Римской империей, что делает Россию третьим «мировым царством» — исключительной по своему политическому значению страной.

И действительно — между Россией и Византией сложились достаточно тесные отношения: именно из Византии на Русь пришло христианство, монархические династии обеих стран переплетались браками, и Москва, которая к падению Константинополя стала центром русских земель, более чем вписалась в роль преемницы его славы.

Считается, что впервые идею о Москве — Третьем Риме высказал старец псковского Елеазарова монастыря Филофей в 1523-1524 годах.

В двух посланиях к Великому князю Василию III он отождествил Московское княжество с Ромейским царством — мистическим и нерушимым оплотом христианства — и высказал ставшую крылатым выражением мысль: «Два Рима пали, третий — стоит, а четвёртому — не бывать».

Конечно, в настоящее выражение «Москва — Третий Рим» лишилось яркого религиозно-политического смысла, но обрело новую жизнь в качестве яркой метафоры, указывающей на древность российской столицы.

К слову, не только Москва претендовала на славу Рима и Константинополя: преемниками Римской и Византийской империй в разное время также заявлялись Сербия, Болгария, Италия и Третий Рейх.

Источник: http://mosprogulka.ru/questions/moskva_tretiy_rim

Почему Москва — третий Рим?

Есть такая крылатая фраза: Москва — третий Рим. Её слышал когда-нибудь каждый, но о том, откуда взялась эта странная поговорка, мало кто задумывается. Между тем, история этого выражения довольно интересна. Как известно, друзья Спутника — сплошь пытливые умы, желающие постоянно узнавать что-то новенькое! Есть у нас! Особенно актуально в свете того, что Спутник запускается в Москве! 

Древний Рим все считали непобедимым государством, вечной империей. Но в 313 году официально признали христианство и пошло-поехало. По сути, в стране стало два «императора» — светский и духовный.

Многим казалось, что Римская Империя — это земной вариант Царства небесного. Что всю дорогу преследует христианство? Правильно, расколы. Сначала раскололась церковь — на сторонников христианства и католиков.

А потом — и империя, разделившаяся по религиозному принципу на Западную и Восточную. 

В 410 году Западная Римская империя с трудом отбивалась от варваров и их предводителя — знаменитого Алариха. Осада этими ребятами Рима принесла плоды — горожане практически согласились на все условия захватчиков. Условия были варварские (а чего еще можно было ждать от варваров?). Аларих требовал всё римское золото, всё имущество и всех рабов.

Взамен обещал пожаловать римлянам жизнь. Многие исследователи уверены, что жители Вечного города были готовы сдаться, но варвары несколько опередили события и захватили Рим силой — разграбили и практически до основания разрушили. Но падение Рима — это полбеды.

Основная беда в том, что пострадала непоколебимая до этого репутация и слава Рима, как вечного города. 

В 455 году пришли вандалы и снова захватили Рим. И снова сделали это с легкостью неимоверной. Вандалов, кстати, было бы разумнее назвать садистами. Такого ужаса римляне не испытывали никогда в своей истории. Пожалуй, вторжение 455 года — самый кровавый эпизод истории Священной Римской Империи.

 

До падения Империи оставался 21 год. А говорили, что не очко губит… Эти годы страна провела в какой-то непонятной и необычной для нее агонии. От былого величия и богатства не осталось следа, защитить своих граждан и собственные границы государство больше не было способно.

Филиал Царства небесного на земле превратился в ад. 

Итак, Западная Римская Империя пала. А куда же делась Восточная? Никуда! Восточная пока осталась. Восточная Римская Империя — это Византия. На неё не покушались ни варвары, ни вандалы. Всем был интересен Рим — богатый и влиятельный. Дикарям не было дела до того, кто, с кем, когда и почему поделился. Им была нужна столица — они взяли ее. 

Византия стала преемницей Западной Римской Империи — Великого Рима. Мировым центром христианства стал город Константинополь. Эта, как сказали бы сейчас, сверхдержава, просуществовала предсказуемо недолго — всего около десяти веков. Критическим моментом оказался захват византийской столицы султаном Мехмедоом II — лидером османов. Это случилось в 1453 году. 

«Два Рима пали, а четвёртому не быть» — пишет в письме князю Василию III старец Филофей из псковского Елеазарова монастыря. Считается, что именно он впервые использовал эту фразу. На самом деле, эта формулировка — очень русская.

В XV-XVI веках она будет основной политического пути России. Иван Грозный как раз стал именоваться царём, а Русская православная церковь взошла на степень патриаршества.

Правящие элиты (назовем их так) много говорили о великом значении России, о том, что она — новая Византия, а значит, и новый Рим. Другой крупной христианской империи в мире не было. Пытались провозгласить себя «третьими Римами» еще Сербия и Болгария.

Но они были слишком маленькими. Миру просто пришлось смириться с тем, что Москва — третий Рим, после, собственно, самого Рима и Константинополя. 

Именно тогда Русь стали называть Святой. Русский народ поверил в собственную непобедимую духовную силу. Руси предстояло беречь православие как таковое — от любых его врагов. С тех пор Москва — третий Рим. Говорят, четвертому — не быть. Кажется, это зависит от нас. 

Спутник уверен, что по красоте и размаху современная Москва затмит и Константинополь, и даже сам Рим. Сомневаетесь? Обязательно записывайтесь на наши замечательные и необычные экскурсии по Москве. Их готовят и проводят для вас самые обычные москвичи. Они хотят показать то, что нравится им самим, то, в чем они разбираются по-настоящему. Это делает спутниковые экскурсии по Москве удивительными. Присоединяйтесь! Мы точно знаем, что посмотреть в Москве!

Источник: https://www.Sputnik8.com/ru/moscow/pages/pochemu-moskva-tretij-rim

Почему Москва — «Третий Рим»? :: IMHOclub — Территория особых мнений

Сообщать о статьях автора

 

Думаю, многие из читателей этого сайта слышали фразу «Москва — Третий Рим»; особенно её любят пафосно провозглашать разного рода хоругвеносцы и прочие фанаты фофудьи из национал-патриотов, вкладывая в неё тьму значений, порой диаметрально противоположных — в зависимости от проповедуемой той или иной политической тусовкой идеологии.

Посему, дабы разобраться в происхождении и семантике этого выражения, стоит немного порыться по книгам — а главное, сделать из найденного правильные выводы.

 

  • Первый и самый главный вывод таков — на самом деле, вопреки туче книг и миллиону статей, в реальности не существовало никаких «Западной» и «Восточной» Римских империй!
  • С 476 года Римская империя целиком и полностью существует на Востоке — Апеннинский же полуостров, Иберию и Северную Африку захватывают германские племена и учреждают на этих, прежде имперских, землях, свои варварские королевства — то бишь, де-юре, совершают акт агрессии против Римской империи.
  • К сожалению, Римская империя (мы будем так называть Византию — ибо именно так её жители САМИ СЕБЯ НАЗЫВАЛИ) не смогла восстановиться в прежних границах — ибо в это время (в VII веке) на её южные и юго-восточные границы начался непрерывный натиск арабов, а на севере серьезной опасностью стали варяжские и славянские дружины — посему дела западные римским базилевсам пришлось отложить подальше, занявшись проблемами более насущными.

Римская империя, как известно, в 285 году, при императоре Диоклетиане разделившаяся на две части, формально продолжала оставаться единой — разделение было чисто административным, произведенным исключительно для удобства управления разросшимся хозяйством. Суверен у империи де-юре оставался один! Это важно, и попрошу всех этот момент запомнить. Преемник Диоклетиана, как известно, единственного римского императора, добровольно покинувшего свою должность, Константин I Великий — возвращается к единодержавию, ликвидируя разделение империи. После смерти его наследника, императора Феодосия, последовавшей в 395 году, политический центр империи окончательно перемещается в Восточную Римскую империю, в Константинополь — в Риме же остаются лузеры, не сумевшие вовремя свинтить в богатый Царьград. Восток (Малая Азия, Балканы, Сирия, Левант, Армения и Каппадокия) процветает, в то время как Запад империи приходит в упадок, и, загоняемый под лавку многочисленными вторжениями варваров, тихо издыхает. Окончательная смена власти происходит здесь в 476 году, когда один из военачальников малолетнего «императора Запада» Ромула Августула, Одоакр, смещает мальчишку с трона, объявляет себя верховным сувереном севера Италии и отсылает в Константинополь знаки императорской власти. ТЕМ САМЫМ ПРИЗНАВАЯ СЕБЯ ВАССАЛОМ ВИЗАНТИИ! На что РИМСКАЯ ИМПЕРИЯ (ещё раз подчеркну — РИМСКАЯ, а никакая не «Византия», и уж тем более — не «Восточная Римская империя») отвечает рядом войн, направленных на освобождение СВОИХ территорий от власти варваров — что, в общем-то, иногда приносит ей успехи. Так, римский полководец Велизарий в 533 году, начальствуя войском, посланным в Африку против вандалов, разбил их при Трикамероне, занял Карфаген, взял в плен вандальского короля Гелимера, и тем положил конец Вандальскому королевству. После этого ему поручено было изгнать готов из Италии и дезавуировать Остготское королевство, нахально обосновавшееся на имперских землях. В 534 г. Велизарий покорил Сицилию и, переправившись в Италию, взял Неаполь и Рим; но война этим не кончилась, а затянулась ещё на несколько лет. Наконец, остготский король Витигес, преследуемый войсками Велизария, был захвачен в плен и отвезен пленником в Константинополь. С арабской угрозой римлянам, худо-бедно, но справиться удалось — отдав, правда, наследникам Мухаммеда Сирию, Египет и Палестину и остановив их натиск лишь в предгорьях Тавра. Со славянами же удалось решить вопрос гораздо успешнее — эти добродушные и доверчивые парни с севера согласились принять православие и считать Римскую империю за духовного наставника; а духовного наставника как-то не очень принято тыкать мечом в живот… Креститель Руси, святой князь Владимир, дабы окончательно приблизится к Константинополю, взял в жены византийскую царевну Анну — став, таким образом, ближайшим родственником римского императора, его зятем. Но на этом брачные отношения между Византией и Киевом не пресеклись — через двести лет от дочери римского Императора родился великий князь Киевский Владимир Мономах, которому его дед, Император Константин IV, в начале XII века прислал крест из животворящего древа и сердоликовую чашу, принадлежавшую его предку Императору Августу, правившему Римом с 27 года до н.э. до 14 г. н.э. — таким образом, признав киевского князя своим вассалом.

Читайте также:  Почему биогеоценоз называют экосистемой? подробное исследование вопроса

С этого момента киевские князья становились ОДНОЙ ИЗ ВЕТВЕЙ РИМСКОГО ИМПЕРАТОРСКОГО ДОМА — пусть младшей и вассально зависимой, но ЕДИНОЙ ПО КРОВИ с римскими императорами!
 

Как известно, дела у Римской империи шли всё хуже и хуже, её границы постоянно тревожили арабы и турки, её внутреннее положение усугублялось непрерывными заговорами и мятежами — и к концу VIII века кризис империи достиг апогея. На императорский престол взошла честолюбивая и тщеславная вдова императора Льва IV Ирина.

Сначала она числилась регентшей при малолетнем императоре Константине VI, а затем, путем длительных и сложных интриг и предательств, объявила себя императрицей — впервые в истории Римской империи. В изданных ею «Новеллах» она гордо величала себя: «Ирина, великий василевс и автократор римлян»; на монетах, ею чеканенных, она изображена во всем пышном великолепии верховной власти. Понятное дело, ни к чему хорошему власть женщины привести не могла, и Римская империя семимильными шагами начала двигаться в сторону катастрофы — а заодно таким скандальным и невиданным нарушением традиций и обычаев престолонаследия воспользовался один из варварских владык Запада, некий франкский король Карл, льстиво называемый своими приближенными «Великим». Этот молодой человек решил стать не более и не менее, как императором Римской империи. А поскольку законного Императора на тот момент не существовало — Ирина ослепила и загнала в монастырь своего тюфяка-сынишку Константина — то Карл, для проформы попросив руки старой интриганки, и получив отказ — тут же объявил римский престол вакантным! В 800 году, в храме Святого Петра в Риме, Карл Великий «восстановил» Западноримскую империю, провозгласив себя (при помощи во всем от него зависящего папы Римского) германским императором — правопреемником императоров Запада.

И вот именно с этого момента все государства Европы, возникшие из варварских королевств, получали какую-никакую, но легитимность своего существования.
 

Хотя собственно легитимность Карла Великого, как императора Запада, была, на самом деле, весьма призрачной — ведь короновался он в то время, когда де-юре трон Римской империи был занят!

В общем, империя в Константинополе продолжала оставаться «Римской» — хотя с каждым годом всё ужималась и ужималась в своих границах, одновременно всё более династически приближаясь к Великим князьям Киевским; после замужества Анны, сестры императора Василия II Болгаробойцы, которое было политическим (надо было привлечь на сторону Константинополя князя Киевского Владимира), дочь Константина IX Мономаха (1042-1055 гг.) Мария вышла замуж за Великого киевского князя Всеволода I Ярославича и стала матерью князя Владимира Мономаха.

Так что киевский (а затем — и владимирский, ставший потом московским) престол с середины XII века занимали прямые потомки римской императорской династии. В 1453 году, после падения Константинополя, завершается, наконец, великая и кровавая история Римской империи. У которой, что естественно, тут же объявляется масса наследников — как реальных, так и мнимых. Императоры «Священной Римской империи германской нации» провозглашают наследниками Августа, Юстиниана и Константина себя — на основании того, что родоначальник этой самопальной «империи» короновался де в Риме. Московские великие князья считают прямыми наследниками римских императоров свой правящий дом — на том простом основании, что после брака ИВАНА III (1440-1505 гг.) с дочерью брата последнего византийского императора — Софией Палеолог — права называться «Наследницей Рима» целиком и полностью принадлежат Москве. Почему? А очень просто!

Софья Палеолог, племянница последнего, убитого при турецком штурме Константинополя, византийского императора Константина XII, после пресечения всего потомства Палеологов осталась ЕДИНСТВЕННОЙ наследницей Византийского царства.

Венецианский двор не шибко шикарно кормил-поил наследницу римских императоров — а посему она сочла за счастье принять предложение молодого и видного русского великого князя. Их первый сын Василий появился на свет в 1479 году, а внуком римской принцессы стал Иван IV Грозный (прозванный, как сказано во французской энциклопедии, за жестокость своего характера «Васильевичем»)… Так что нет ничего удивительного в том, что мысль о том, что «Москва — Третий Рим» вполне естественно возникла в русском истеблишменте годы правления Ивана III. К 1492 относится первое упоминание митрополитом Зосимой и, ставшей затем классической, формулы «Москва — третий Рим». Окончательно сформулирована эта идея в 1510-1511 псковским монахом Филофеем:

«Рим пал за грехи от варваров, второй Рим — Константинополь — пал от турок-османов, третий Рим — Москва — будет стоять вечно. Четвёртому Риму не бывать».
 

Москва, по его мнению, должна стать мировым центром истинного православия.

Теория «Москва — третий Рим» утверждала, что исторической преемницей Римской и Византийской империй, павших, по мнению создателя этой теории, из-за отклонения от «истинной веры», является Московская Русь — «третий Рим».

Гербом Русского государства стал византийский двуглавый орел, в котором можно видеть знак «симфонии» двух властей. Его связывали с Константином Великим, принявшим этот герб в 326 году, Софья Палеолог привезла его с собой в Россию на своих регалиях, и поэтому в России двуглавый орел с полным правом получил именно такое государственное значение — как знак преемственности власти над миром от Византийского Царства.

Если отбросить в сторону всякие религиозно-мистические дела — то правопреемственность власти Москвы над христианским миром является делом, в общем-то, вполне легитимным, исторически обоснованным; и в свете данных фактов смешным, нелепым и детски-наивным выглядит вера американцев в то, что их сомнительная торговая шарага — «новая Римская империя». Уж скорее их государство — «Новый Карфаген», который, как известно, по любому должен быть разрушен!

Источник: https://imhoclub.by/ru/material/pochemu_moskva_tretij_rim_1

Почему Москву называют Третьим Римом?

Москву в России называют по-разному – у столицы много имен и прозвищ.

Есть уважительные эпитеты: так, «первопрестольная» указывает, что именно Москва стала первой столицей молодого Русского государства, а «златоглавая» отсылает к золотым куполам московских храмов.

Есть насмешливые – «нерезиновая» или «большая деревня». Но одно из самых привычных, восходящих еще к Средневековью, – «Третий Рим». Откуда оно взялось?

Впервые Москву «третьим Римом» назвал православный монах Филофей, писавший в 1523-1524 гг. послания московскому великому князю, где призывал бороться с ересью.

Московское княжество, по мнению монаха, оставалось последним оплотом истинной веры. «Все христианские царства пришли к концу и сошлись в едином царстве нашего государя, – утверждал Филофей в одном из посланий.

– Два Рима пали, а третий стоит, а четвертому не бывать».

Первый Рим в терминологии Филофея – это настоящий Рим, столица Римской империи, объединившей под своей властью десятки народов. В IV веке христианство постепенно стало доминирующей религией в изначально языческой империи, и Рим стал христианской столицей мира.

Ему наследовал Константинополь, главный город Византийской империи, где после раскола христианской церкви на католическую и православную (1054 г.) укоренилось православие. С точки зрения православных, католический Рим пал, впав в ересь, а столицей истинно христианского мира, «вторым Римом» стал Константинополь.

После крещения Руси в X веке русские признавали авторитет византийского императора как покровителя всех христиан, отмечает историк Светлана Лурье. Но через несколько веков рухнул и «второй Рим»: в 1453 г. Османская империя завоевала ослабленный политическими кризисами Константинополь и переименовала его в Стамбул.

Главной православной столицей стала Москва, в XV-XVI веке как раз объединявшая вокруг себя разрозненные русские земли.

Забытая идея

Как пишет американский историк Маршалл По, автор работы «Moscow, the Third Rome: The Origins and Transformations of a „Pivotal Moment“», идею «Третьего Рима» на Западе часто используют для объяснения советской, а потом российской внешней политики: якобы в ее основе лежат экспансионистские идеи о создании империи вроде Римской.

Сам По считает такой подход неверным: «Подобная идея не имеет ничего общего с долгосрочными перспективами внешней политики России или национальной психологией».

Историк поясняет: значение концепции преувеличивают. На самом деле после того, как монах Филофей в конце XVI века высказал идею «третьего Рима», на три века о ней благополучно забыли. Русское государство расширялось, но не из-за мечтаний правителей о православной империи, а по более естественным причинам: борьба за ресурсы, выход к морям и т.д.

Впервые об идее Филофея вспомнили уже во второй половине XIX века, при императоре Александре II, когда его послания опубликовали широким тиражом.

Концепцию «Москва – третий Рим» взяло на вооружение российских движение панславистов, мечтавших об объединении славянских народов под эгидой Российской империи. Но после революций 1917 г.

и прихода к власти коммунистов панславистские идеи сошли на нет.

«Город на семи холмах»

Помимо статуса имперской столицы, восходящего к Средним векам, Москву мало что объединяет с Римом – в столице России совершенно другая архитектура и куда более суровый климат. Одна из немногих общих черт – Москва, как и Рим, якобы стоит на семи холмах.

Историк-москвовед Александр Фролов, впрочем, говорит, что выражение «город на семи холмах» не соответствует действительности.

Он поясняет, что при перечислении «холмов» в летописях упоминаются небольшие пологие возвышения, которые сложно считать холмами. Единственный настоящий холм – Боровицкий, на котором и сейчас стоит московский Кремль.

Остальное Фролов называет красивой легендой. «Плод воображения романтиков, – говорит историк. – Очень уж хотелось назвать Москву Третьим Римом».

«Как водка…», «Зачем Путин…». Мы собрали самые популярные поисковые запросы пользователей, имеющие отношение к России. В серии статей «Почему Россия» мы детально ответим на каждый вопрос. 

Источник: https://ru.rbth.com/zhizn/11-moscow-third-rome

Почему Москва — Третий Рим

Идея о центре мировой цивилизации начала формироваться еще в античную эпоху. Древний Рим, прозванный современниками caput mundi (с лат. — «столица мира»), представлялся носителем верховной власти на земле.

После того как в 476 году варвар-наемник Одоакр сверг последнего западно-римского императора Ромула Августа и отослал диадему с пурпурной мантией византийскому императору Зенону, Вторым Римом стал Константинополь.

Смещение центра римской цивилизации на Восток породило концепцию translatio imperii (с лат. — «переход империи»).

Учитывая, что христианство уже было провозглашено Константином Великим государственной религией, философская доктрина дополнилась и религиозными смыслами.

Однако Второй Рим — Константинополь — так же как и первый подвергся нашествию захватчиков, пав под их натиском. Произошло это в 1453 году, когда турки-османы захватили Царьград и он перестал быть средоточием христианской власти.

Среди православных мыслителей вновь стал актуальным вопрос о центре восточного христианства.

Сербы, например, считали будущим Третьим Римом Белград, болгары — Великое Тырново, но во второй половине XV века большинство территорий этих государств уже находилось под властью Османской империи.

Единственным независимым православным царством оставалось Русское государство. К концу XV века оно сбросило ярмо монголо-татарского ига. Завершался и процесс централизации русских княжеств.

Укреплявшееся Русское государство постепенно расширяло и свое международное влияние. Религиозная преемственность от Константинополя к Москве подразумевала и преемственность политическую.

Она подкреплялась браком Ивана III и племянницы последнего византийского императора — Софьи Палеолог. В это же время Москвой были приняты царский титул и византийский герб.

В глазах подданных и иноземцев государь всея Руси становился гарантом сохранения православных церковных канонов.

Известная формула «Москва — Третий Рим» прозвучала в первой половине XVI века. Связана она была с той самой философской концепцией о переносе «центра мира» в столицу Русского государства.

Автором данной концепции считается инок псковского Елеазарова монастыря Филофей.

В посланиях к думному дьяку Михаилу Мисюрю-Мунехину и русскому царю Василию III (сыну Ивана III) монах писал о роли «Рима земного», которая уготована Москве.

«Первые два Рима погибли, третий не погибнет, а четвертому не бывать». Таким образом, за Москвой закреплялся статус единственного и последнего центра восточного христианского мира.

Русь (Россия) в качестве защитницы христианской веры становилась ответственной за христиан, находившихся в подданстве Османской империи, а потому должна была активно включаться в борьбу с турками-османами. Служение этой миссии особенно четко прослеживается в ходе многочисленных русско-турецких войн. Порой главной причиной походов против Порты становились гонения на православных в Греции и на Балканах.

В новейшей истории Москва последовала вековым традициям. Сербы до сих пор видят в нас своих защитников-единоверцев. Это подтвердил недавний визит президента РФ Владимира Путина в Белград, где на площади у собора Святого Саввы его встречали более 120 тысяч человек.

В руках сербы держали не только государственные флаги, но и православные иконы. Здесь также нужно отметить, что важнейшей задачей российских военных в Сирии стало сохранение местной христианской общины.

Так, во время российско-ливанских переговоров, состоявшихся в Москве 26 марта, президент Ливана Мишель Аун лично поблагодарил Владимира Путина за защиту христиан Ближнего Востока.

Источник

Источник: https://antimaidan.ru/article/17647

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector